За містом
Дальнобойщик, водка с хрущом и дождь как из ведра. 700 километров автостопом к Woodkid

Сегодня, 16 октября, выходит новый альбом французского сингера-сонграйтера Woodkid «S16», над которым музыкант работал последние пять лет.

Дмитрий Кузубов вспоминает, как в 2013-м выполнил челлендж, который сам же себе поставил, и проехал 700 километров автостопом, чтобы побывать на концерте Woodkid в соседней стране и услышать живьем один из лучших альбомов десятилетия.

Сегодня, 16 октября, выходит новый альбом французского сингера-сонграйтера Woodkid «S16», над которым музыкант работал последние пять лет.

Дмитрий Кузубов вспоминает, как в 2013-м выполнил челлендж, который сам же себе поставил, и проехал 700 километров автостопом, чтобы побывать на концерте Woodkid в соседней стране и услышать живьем один из лучших альбомов десятилетия.

В конце нулевых — начале десятых в мировых музыкальных трендах было инди, а группы вроде Arctic Monkeys, Franz Ferdinand, The Strokes, The Killers, Arcade Fire, The xx и Bloc Party находились на пике популярности.

Однако, украинские организаторы концертов игнорировали этот факт. В то время к нам привозили поп-звезд (Мадонну, Стинга, Бейонсе, Рианну), флагманов альтернативной сцены (RHCP, Placebo, Muse, Linkin Park, Garbage), именитых электронщиков (Depeche Mode, Kraftwerk, Faithless). Но попытки организовать концерты актуальных инди-формаций нередко заканчивались фиаско. 

В 2008-м в Киеве должны были выступить ультрамодные на то время пионеры new rave Klaxons со своим прорывным дебютником. Но концерт так и не состоялся («Ничего, лет через 30 [олигарх Виктор] Пинчук их на шару привезет. Может быть», — писал тогда кто-то в отмененном событии на last.fm). 

Одна из ключевых инди-команд нулевых The Killers в 2013-м давала концерт в Киеве в полупустом Дворце спорта «Цена была очень высокая на то время, первая фан-зона стоила 1300 грн вторая 800 грн. Далеко не каждый тогда мог себе это позволить», — вспоминает один из зрителей. 

Выступление White Lies годом ранее на ныне почившем в бозе фестивале The Best City под Днепром и вовсе прошло практически незамеченным и было таким же абсурдным, как и сам ивент (тогдашний губернатор Днепропетровской области Александр Вилкул во главе мотоколонны с одиозным байкером «Хирургом», бесплатные билеты для местных заводчан, пиво для аккредитованных журналистов и т.д.).

White Lies на пресс-конференции фестиваля Best City в Днепре, 2012

Из-за неготовности среднестатистического зрителя и робости организаторов, украинским «инди-кидам» приходилось ловить любимых музыкантов на том же Sziget или в Москве. В то время Россия еще не аннексировала Крым, не развязала войну на Донбассе, отношение к ней было сдержанно-нейтральным.

С 2009-го по 2013-й один или два раза в год я традиционно приезжал в Москву, вписывался у подруги — такой же повернутой на музыке — и ходил на концерты и фестивали. Так мне удалось увидеть, например, Interpol и Editors. В Украину и тех, и других — уже изрядно подуставших — довезут лишь спустя восемь лет.

Эпично, пронзительно, интимно

Французский сингер-сонграйтер Woodkid анонсировал концерт в России весной 2013-го — вскоре после выпуска дебютного альбома, который к тому времени я уже успел заслушать до дыр. 

Дипломированный иллюстратор и график, Woodkid начинал как клипмейкер — снимал, например, видео для Moby, Кэти Перри и Ланы Дель Рей. Но в 2011-м запустил сольный проект и выпустил первый сингл «Iron», а через два года — полноформатный альбом «The Golden Age»

Эпические струнные и барабаны — главные составляющие музыки Woodkid — сразу захватили меня и моих друзей. В те времена без «Iron», «Run Boy Run» и «I Love You» не обходилась ни одна наша вписка. Эта похожая на военные марши музыка открывала второе дыхание любой тусовке и придавала торжественности даже распитию дешевого коньяка с колой.

Пронзительно честные, глубокие, почти интимные тексты автора о главном казались мне очень близкими. Грандиозные черно-белые клипы, которые исполнитель срежиссировал сам, были словно идеальным воплощением драматургии пластинки, вызвали практически эстетический оргазм.

Woodkid всерьез и надолго застрял в моем плейлисте, и я даже не мечтал услышать его живьем так скоро. Эйфория от объявления его концерта в соседней стране была сравнима для меня с анонсом киевского концерта Placebo в 2007-м, когда группу внезапно привезли в Украину на следующий год после выхода мощнейшего альбома «Meds». Или еще не опопсевших Muse с «Black Holes and Revelations».

Вопрос о том, ехать или нет, не стоял вообще. Нужно было только выбрать оптимальный способ дороги. Финансовый кризис и тяга к приключениям сделали выбор за меня. Решено было ехать автостопом.

Пошлые анекдоты и водка с майским жуком

До 2013-го мой опыт автостопа ограничивался выездом в соседние Сумы. Здесь же предстояло проехать более 700 километров. За день до отъезда мой напарник дал заднюю. «Так даже лучше», — подумал я, предварительно разузнав у бывалых, что наибольшее доверие у водителей вызывают парни, которые путешествуют с девушками или в одиночку.

Сам я немного нервничал, но убеждал себя, что такой челлендж необходим. А после выпитой накануне вечером бутылки вина окончательно осмелел. «У страха глаза велики», — повторял я про себя, складывая рюкзак. 

Дабы лишний раз не испытывать судьбу, до приграничного Белгорода я решил добираться на маршрутке. Прошел границу, вышел на автовокзале, проковылял пару километров пешком и стал на обочине с выставленным вверх большим пальцем. Через 10 минут меня подобрала старая «девятка» с иконами на приборной панели. Правда, очень скоро высадила — водитель ехал «по-местному». Так повторилось еще с двумя или тремя машинами. В итоге я оказался где-то под Курском. 

Спустя 20 минут ожидания я «выиграл джек-пот» — остановил фуру, которая направлялась прямиком в Москву. Водитель ехал в РФ из Балаклеи — города, который через четыре года прогремит на всю Украину масштабными взрывами на складе боеприпасов. Вез в Москву раритетные советские авто для киносъемок.

Грузовик был высоченным, из-за чего все машины на дороге казались крошечными. В кабине размером с кухню в хрущевке поместилась даже небольшая кушетка. Дальнобойщик трещал без умолку — травил пошлые анекдоты на суржике и рассказывал истории из жизни — например, о том, как однажды на пьянке в лесу после того, как закуска кончилась, заедал водку майским жуком. А еще жаловался на систему, которая отслеживала его маршрут и накладывала штраф, если он спал сверх нормы.

От меня водитель требовал такой же степени откровенности. «Я тебя взял не для того, чтобы ты молчал», — приговаривал он. В итоге мне приходилось заполнять тишину всякими глупостями — например, рассказом о своей работе в мексиканском баре и «черных пятницах», когда в наше заведение заглядывали все африканцы города.

Шумные нигерийки слизывали с ладоней соль, шот за шотом опрокидывали в горло текилу и закусывали лаймом. И все это — лежа на барной стойке. После пары таких историй дальнобойщик одобрительно закивал головой и даже угостил меня паской, которую испекла его жена. 

В пригород Москвы мы въехали поздно вечером. Водитель высадил меня на заправке в 20 километрах от города. Около сорока минут я безрезультатно простоял с поднятым вверх большим пальцем, пытаясь поймать попутку. Помогла случайность — дальнобойщик ошибся поворотом и поехал тем же путем. Увидев меня, сжалился и снова подобрал.

В Москву мы приехали за полночь. Водитель высадил меня у черта на куличках. Я побрел по темной обочине, на которой кроме меня не было ни одной живой души. Вскоре рядом со мной остановилась какая-то машина. «Чего ты тут бродишь?» — спросил меня голос из окна. Я объяснил, что путешествую автостопом. «Москва не место для автостопа», — ответил он и предложил подвезти меня до автобусной остановки. 

Я вскочил в последний автобус и добрался до метро. После сел в поезд с твердой уверенностью, что не успею на переход и вынужден буду ночевать на улице, потому что такси до пункта назначения стоило бы целое состояние. Но каким-то чудом все же успел. Добрался до конечной. Вышел из метро и стал по Google Maps двигать в сторону дома моей одногруппницы. 

Одногруппница жила за МКАДом [Московской кольцевой автодорогой — прим.]. Чтобы дойти до заветной точки на карте мне пришлось преодолеть дико запутанную развязку, перелезть через забор, испугаться лающих собак, миновать ремонтирующих дорогу выходцев из Средней Азии и несколько километров под непрекращающиеся сигналы водителей идти по непредназначенной для пешеходов трассе. А потом еще добрых полчаса искать нужный дом среди десятка домов, похожих друг на друга, как близнецы. 

Наконец под утро я добрался домой к одногруппнице. После долгой дороги я был настолько грязный и непрезентабельный, что до сих пор поражаюсь, как она меня не выгнала.

Fuck the rain!

Woodkid выступал в качестве хедлайнера семидневного Bosco Fest. Среди прочих на фестивале были заявлены украинцы Pianoбой, SunSay и Stepan i Meduza, россияне Motorama, Tesla Boy и Grisha Urgant (музыкальное альтер-эго того самого телеведущего), белорусы «Серебряная Свадьба», британцы The Irrepressibles и The Correspondents и многие другие. Ивент проходил бесплатно в местном парке Горького, который после реконструкции облюбовали хипстеры. 

Автор и Антон Севидов (Tesla Boy) на Bosco Fest, 2013

Прогноз погоды накануне указывал, что вероятность осадков стремится к 100%. Поэтому мы взяли дождевики. По законам жанра дождь начался именно на выступлении Woodkid. Причем, в течение пары треков из небольшой мороси превратился в настоящий тропический ливень. «Fuck the Rain!» — неоднократно повторял музыкант, но небеса не слушались его. 

Впрочем, ненастье оказалось под стать драматическому материалу Woodkid и лишь усиливало эффект от его перформанса. Аккомпанирующий оркестр позволил музыканту развернуть симфонизм его композиций в полной мере. Три барабана создавали иллюзию присутствия на поле брани. А от пульсирующих басов земля под ногами ходила ходуном. 

На середине вечера мы поняли, что дождевики больше не спасают, и мы вот-вот превратимся в мокрое место. «Я возьму вас на лодку», — пообещал Woodkid зрителям перед «The Boat Song». В тот момент очень хотелось, чтобы его слова материализовались. 

К слову, живьем музыкант оказался вовсе не унылым нытиком, как можно было бы подумать из его материала — он строил аудитории забавные рожицы и даже гарцевал на воображаемом коне.

Несмотря на разгул стихии, публика проявляла недюжинную выдержку и не только не расходилась, но и едва не выпрыгивала из штанов — Woodkid отвечал ей взаимностью и то и дело выходил из-под козырька сцены под проливной дождь. Исполненные под занавес «Iron» и «Run Boy Run» окончательно подтвердили, что 700 километров автостопа были преодолены не напрасно.

Живой Woodkid — это очень личная история, рассказанная с колоссальной, почти патологической честностью и оформленная в фееричное шоу. В этом оксюмороне и кроется секрет его успеха. 

После концерта публика дружно побежала по лужам в сторону метро. В вестибюле станции фанаты выкручивали насквозь мокрые футболки и выливали из кед воду. Такого сильного дождя я не переживал ни на одном концерте — ни до, ни после. Но ради Woodkid действительно стоило выйти из «зоны комфорта». 

Челендж с автостопом я выполнил, поэтому обратно в Харьков решил ехать на поезде. На границе пограничник, пристально взглянув в мой размокший паспорт, удивленно спросит: «Что вы делали с ним?» В ответ я многозначительно промолчу. Тогда я еще не знал, что этот «тур» в Россию станет для меня последним. 

***

Этот текст был написал еще до пандемии, в декабре 2019-го — сразу после анонса концерта Woodkid в Киеве, который должен был состояться в мае 2020-го.

Тогда было радостно, что больше не нужно ехать за тридевять земель, стоять на обочине с выставленным вверх большим пальцем и шататься по пустым улицами незнакомого ночного мегаполиса. Что спрос на качественную музыку постепенно растет, а украинские организаторы концертов становятся смелее.

Никто еще не знал, что нас ждет. Что 2020-й станет годом мемов о крахе всех планов и надежд. И бесконечной паузы всего — музыкальной индустрии, в том числе. Вот и киевский концерт Woodkid вначале перенесся c мая на ноябрь 2020-го. А потом и вовсе исчез с его официального сайта. 

Из-за пандемии весь мир оказался в равных условиях перед невидимым врагом. Сегодня большие концерты и фестивали уже кажутся чем-то далеким и как будто происходили не с нами. Но все когда-нибудь закончится. И даже пандемия. Лишь на это и остается надеяться, вновь продлевая ожидание Woodkid в Украине до лучших времен.

Текст и фотографии — Дмитрий Кузубов, обложка — Екатерина Переверзева