Баннер
03.11.2016

Крестовый поход: Виолетта Терлыга

Ден Митчелл

Пробираясь через джунгли современного искусства, ловлю себя на мысли, что идейное, концептуальное, политическое, такое вроде бы востребованное и актуальное, несущееся на всех парах к тебе из новостных пабликов, утрачивает постепенно свой пыл и жар.

И, конечно, ему подливают масла и кажется, что вот-вот оно уже достигнет земли и тут же разразится мощным взрывом. Но нет, по-прежнему не долетает, благополучно сгорает в атмосфере, а после превращается в фонтан мемов и игральных карт с лицами тех же художников и политиков, стращающих друг друга игрой в дурака.

Некоторых из нас такая идейная недолговечность и зыбкость разворачивает в сторону жизни заурядных людей. А это уже наркотик. Если начал наблюдать за жизнью, остановитьcя сложно. Вступить в ряды действующих лиц уже не представляется возможным. Остается только держать реальность под надзором, фиксировать ее в подвалах и выходить из них в поисках дилеров ― случайных прохожих. 

И вот смотришь на этих людей и понимаешь, как на глазах жизнь обрастает абсурдом. Ты выбираешь его по умолчанию как единственно-правильный вариант из всех возможных. Не заскорузлую же политику тут выбирать для созерцания в галереях? В самом деле ― живем же один раз. А ведь раньше можно было подумать, что нефтяные скважины не потягаются с бездонностью человеческих душ. А теперь последние все больше занимают места на лавке запасных. И все больше мы пытаемся расширить память своего внутреннего флеш-накопителя без возможности задать самому себе же вопрос ― зачем. И вот когда он доходит до предела тут самое время отформатировать все, вернуться к себе настоящему, а еще лучше ― в детство. Трансформировать жизнь по своим внутренним законам, быть заложником своей собственной эстетики, с чувством неуловимости бытия и, возможно, даже БДСМ-тематики, чего уж там. И вот тут начинается чудо. Погружение в обычный мир делает из тебя вампира, а жизни обычных людей – пищей.

Мы идем к Виолетте ― властительнице кукольного мира, самых сочных красок, в мастерскую по производству принцев и принцесс на несколько часов захлопывая дверь во взрослый, серьезный мир.

Мне всегда говорили: «Ну что ты хлам держишь? Это же пылесборник. Выкидывай все». А эта история с куклами ― она про людей на самом деле. Пейзажи и натюрморты меня как-то не цепляли. А портреты людей ― да. Тут же целое раздолье, можно развернуться. В детстве мягкими игрушками не интересно было играться, с этими животными непонятными - никакой проекции на себя и людей.

У творческих же все на вырост приходится покупать. У него нет заданной схемы с детства ― стать продавцом, например. А тут к тридцати годам только на след нападаешь и понимаешь кто ты и что к чему вообще в этой жизни

Как у меня вообще все это пошло? Я случайно увидела куклу Монстер Хай у своей ученицы. Начала фотографировать и не смогла остановиться, а потом спрашиваю ― а у тебя еще есть? И понеслось ― поняла, что одной картиной дело не обойдется.

Этот проект называется «Все как у людей». Как у нас любят говорить - надо чтоб было как у всех. И все это подсмотрено. Еще иногда увлекаюсь и забываю одежку на них надевать. И все уже по-другому. Это мы такие ходим в одежде, отгораживаемся друг от друга, думаем ― сейчас пошучу, сейчас фразочку кину. А на деле все такие тонкие и как-то их жалко. В общем, нравятся мне люди. Сложно все это. Красиво прожить жизнь это такое искусство. И то, если повезет. Просто всем нужна любовь. Даже самым плохим.

Обычно мне отдают сломанные игрушки, новенькую никто не отдаст. Одна девочка мне как-то пообещала принести Кена. Приносит в коробочке и говорит: «Вот тут Кен». Открывает коробочку, а там один спортивный костюм. «Ой, нет Кена». А я ей говорю: «Настенька, это же, как в жизни. Хорошо, что хоть костюм остался, а могли бы и ценные вещи пропасть».

 

Фото слайд 1 Фото слайд 1 Фото слайд 1

С игрушками все как у людей ― десять барби на одного Кена. В общем, не пользуются Кены спросом у детей. Зато когда вырастают, тогда уже другое дело. Я ходила в магазин и присматривалась что почем. Принца можно купить за 600 грн. Программист подешевле, 400 грн. И это все без коней.

Когда меня спрашивают дети ― "у меня краска тут закончилась, можно нарисую лицо другим цветом?", я им на такое отвечаю: "Конечно, можно. И вообще, дети, после того как нарисовали Симпсонов, уже все можно"

Кен ― это подарок судьбы, как повезет. Бывает, такой попадётся пострашней, ты его берешь, думаешь, пускай будет, полежит тут рядом. А есть покрасивее, но это уже обычно напрокат.

Если посмотрите те мультики, что в последнее время выходят, там уже конь всех спасает, не принц. Шрек вон целует Фиону... она в принцессу превращается? Нет. Или Рапунцель, там, где она ждет, что ее спасет принц ― если бы у принца не было коня, ждала бы дальше.

На самом деле это все портреты про нас с вами. Тут идет момент узнавания и актуальна та среда, в которой мы живем. Можно писать, конечно, куликовское побоище, Репина. Но хочется нового прочтения и, главное, это же наш язык. Новые мультфильмы, другая графика, это же все отпечатывается в нас. И когда меня спрашивают дети ― «у меня краска тут закончилась, можно нарисую лицо другим цветом?» Я им на такое отвечаю: «Конечно, можно. И вообще, дети, после того как нарисовали Симпсонов, уже все можно».

Фото слайд 2 Фото слайд 2

Какая личная жизнь, о чем вы. Я закончила академию и три года из подвала не выхожу. Может ли творчество заменить личную жизнь? Может. Другое дело ― никто же не ставит так вопрос ребром. Люди, которые приходят в мою жизнь видят, что это от меня неотделимо и уже непонятно где здесь швы проходят.

Мне вообще кажется, что эта вся влюбленность, это дискомфорт какой-то. Я себе по крайней мере не нравлюсь, когда в голове стая облаков и она летит непонятно куда. Должна быть четкость. Конечно, есть ситуации, когда определенный человек попадает на картину. Нет-нет, да и вылезет. Сейчас время такое — женщины тоже хотят видеть на картинах мужчин. Сколько ж можно на себя смотреть. Все эти современные мужчины, они же такие модники, такие все красавчики, эти их причесочки, футболочки, тонели в ушах. Тут просто не угонишься. А если еще интеллектуалы...

Вот есть человек, построил дом, а я тут с куклами. Они продолжают это делать, а ты не можешь, тебя несет с обрыва на велосипеде с рулем в зубах

Сколько жизни той. Иногда кому-то просто напросто нужно твое время, а ты стоишь на пороге, боишься войти. Время сейчас золото. У меня нет этого страха кого-то обнять. А найти тех, с которыми интересно, это большой подарок судьбы. Просто сидит человек рядом и тебе хорошо. Я счастливая, мне повезло с людьми. А у некоторых же вообще никого нет.

Фото на всю ширину 3

Я вот думала об этом недавно - миллионы на работу ходят и нет у них внутри никакого созидательного. Что-то там другое, наверное. Но чтобы мы кушали тогда? Есть раствор такой, который закрывает трещинки между перекрытиями. Я бы так не смогла работать, начала бы махлевать. А как люди в 90-х на эти заводы ходили без зарплат? А это их мир был. Счастье стабильности. И это хорошо. На этих винтиках и вселенная держится на самом деле. И, мы, художники, такие же простые люди, просто ленивые. Иногда, я думаю - боже, чем я занимаюсь вообще. Вот есть человек, построил дом, а я тут с куклами. Они продолжают это делать, а ты не можешь, тебя несет с обрыва на велосипеде с рулем в зубах.

Творческий человек находится постоянно в развитии. Вот его отличие. У творческих же все на вырост приходится покупать. У него нет заданной схемы с детства ― стать продавцом, например. А тут к тридцати годам только на след нападаешь и понимаешь кто ты и что к чему вообще в этой жизни.

Люди такие разные и всем так хочется счастья. А надо за всю цену платить. Времена фаст-фуда к тому же, все быстро. Отношения быстрые. Не получилось, не понравилось - взял выбросил. А надо же как Бродский говорил - брать выше.

Фотографии - Екатерина Переверзева

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены